8 вероятных вооруженных конфликтов в 2018 году

0
198

Москва, 30 декабря . В 2017 г. ряд прогнозов о ситуации в сфере мировой безопасности стал реальностью. Сейчас, в конце 2017 г., многие задаются вопросом, какие самые крупные угрозы ждут нас в 2018 г.


Недавно Совет по международным отношениям (CFR) опубликовал список глобальных угроз, с которыми мир может столкнуться в 2018 г. Он попросил экспертов описать 30 существующих и потенциальных конфликтов, обосновав вероятность их возникновения или обострения в следующем году. Есть 8 наиболее вероятных рисков, ряд которых связан напрямую с США, что неудивительно, так как именно эта страна известна своей способностью разжигать войны и конфликты.

Конфликт с участием США, Северной Кореи и соседних с ней стран

Северная Корея возглавила список, что неудивительно.

Учитывая, что Ким Чен Ын не собирается замедлять реализацию ракетно-ядерной программы, все более безрассудные ракетные испытания и не отказывается от резких заявлений о полном уничтожении, можно утверждать, что ситуация на Корейском полуострове никогда не была такой напряженной начиная с 1950-х гг.

Но стоит сказать, что все заявления Трампа о военном ударе не имеют ничего общего с действительностью, в которой американские военные совсем не торопятся атаковать Северную Корею.

Американские военные прекрасно понимают свои возможности и возможности противника, но не собираются отказываться от прекрасной "страшилки", под которую можно получить дополнительное финансирование в будущем. Скорее всего, ядерная угроза со стороны КНДР будет еще несколько лет важным фактором, которым военные постараются пугать политиков и законодателей.

Северная Корея не будет использовать свое оружие сразу. Аналитики говорят, что Ким Чен Ын ценит выживание своего режима выше всего остального и знает, что использование ядерного оружия начнет войну, которую он не сможет выиграть.

Хотя в этих запусках есть политический аспект, международное сообщество считает их провокацией, которую Северная Корея проводит для совершенствования своих ракетных технологий.

И чем совершеннее технологии, тем больше средств потребуется для их нейтрализации.

Серию быстрых и точных ударов, чтобы лишить КНДР возможности использования своего разрушительного и опасного оружия, вряд ли получится осуществить эфэфективно, так как ракетные установки и ядерные объекты рассеяны по территории страны, они скрываются в горной местности.


И если этот "хирургический удар" не удастся, то под угрозой будут жизни 10 млн человек в Сеуле, 38 млн человек в окрестностях Токио и десятки тысяч военнослужащих США в Северо-Восточной Азии. При этом, даже если США уничтожат все ядерное оружие, Сеул останется уязвим для атак артиллерии Северной Кореи.

И в КНДР любую атаку, даже небольшую, будут рассматривать как полноценную войну, поэтому отвечать будут с полной силой.

Конфронтация между Ираном и США или одним из его союзников

CFR ссылается на участие Ирана в региональных конфликтах и поддержку воинствующих групп, в том числе йеменских хути и ливанской "Хезболлы", считая это потенциальным источником конфликта.

Конфронтация с Ираном кажется возможной, учитывая недавнее заявление Ирана о том, что он поддержит "группы сопротивления", после того как Трамп признал Иерусалим столицей Израиля.

В МИД Ирана заявили о том, что действия США являются нарушением резолюции Совбеза ООН, признающей незаконными израильские поселения на территории Палестины, включая Восточный Иерусалим.

В заявлении также отмечается, что решение Трампа "вызовет ярость среди мусульман" и "разжигает пламя новой интифады" (активного противостояния палестинских арабов израильским властям).

Противостояние Ирана и Израиля началось еще с 1940-х гг. на фоне раздела Палестины. Последнее обострение пришлось на 1990-е гг., а сейчас противостояние держав, учитывая войну в Йемене, воинственные заявления со стороны Эр-Рияда и общую неспокойную обстановку, включая войну в Сирии, достигло критической точки.

Война в Йемене стоила экономике Саудовской Аравии сотен миллионов долларов, она была начата наследным принцем Мухаммедом бин Салманом, чтобы восстановить законное правительство и поставить Иран под контроль, но не увенчалась успехом. С другой стороны, тысячи жертв невинного населения и миллионы беженцев помогли Тегерану стать защитником угнетенных на Ближнем Востоке.

Поведение Эр-Рияда в последнее время обусловлено сильным и глубоко укоренившимся страхом, поскольку "Хезболла" уже перешла в стадию квазигосударства, которое завоевало уважение ливанцев и арабов по всему региону.

Кронпринц Саудовской Аравии некоторое время назад обвинил Иран в "прямой военной агрессии" из-за поставок ракет повстанцам хути в Йемене, что накалило обстановку в и без того напряженном противостоянии между двумя региональными соперниками. Мухаммед бин Салман посчитал Тегеран связанным с запуском баллистической ракеты, выпущенной из Йемена по международному аэропорту в столице Саудовской Аравии.


Этот страх перед "Хезбаллой" и ее все более широкое признание и легитимность в ливанских государственных учреждениях, которые также в последнее время усиливают израильскую риторику и воинственность, сыграли на руку Саудовской Аравии.

С другой стороны, страхи Саудовской Аравии и Израиля обоснованы, так как Иран действительно стал играть слишком серьезную роль в Ливане, в том числе через "Хезболлу", шиитские общины и Корпус стражей исламской революции, и если раньше это влияние было только военным, то сейчас оно стало политическим и даже социальным. Уход премьер-министра Ливана Саада Харири только подчеркивает это.

Иран не допустит, чтобы нападения на Ливан и "Хезболлу" остались без ответа. А Израиль не сможет игнорировать усиливающиеся атаки, которые начнутся в ближайшее время с большой вероятностью, поэтому весь вопрос в том, кто и каким образом спровоцирует новый конфликт. Но у Тегерана значительно больше пространства для маневра в том смысле, что он будет вновь играть роль освободителя Ближнего Востока, защищая палестинцев, ливанцев, поддерживая ХАМАС.

Результатом войны в Сирии стал новый Ближний Восток, где регионы, подобные Эр-Рияду, Тель-Авиву и Вашингтону, ранее являвшиеся региональными хозяевами, по-видимому, в большей или меньшей степени отрезаны от процесса принятия решений. Хотя можно утверждать, что Вашингтон сыграл свою роль в регионе с поражением ИГИЛ, благодаря политике Трампа "Америка прежде всего", которая сопротивляется прямому участию в конфликтах, Эр-Рияд и Тель-Авив, похоже, не намерены принимать новую роль Тегерана в регионе даже при поддержке турецкой и российской дипломатической и военной мощи.

Действия бин Салмана наряду с угрозами Нетаньяху Ирану и "Хезболле" отражают отказ признать поражение, а также, в случае с бин Салманом, крайнюю попытку избежать потери контроля над страной. В случае с Израилем проблема сложнее. Еще в 2006 г. он не смог победить "Хезболлу", теперь "Хезболла" более развита, лучше обучена и имеет гораздо больше шансов нанести ущерб еврейскому государству.

Саудовские и израильские военные лидеры осознают, что у них нет возможности победить Иран или "Хезболлу" и что только непосредственное участие Вашингтона может изменить ход событий.

Разрушительная кибератака на критически важную инфраструктуру США


Неудивительно, что CFR привлек особое внимание к кибератакам против США. В этом году были зафиксированы кибератаки из Ирана, Северной Кореи и России против правительственных учреждений, банков и военных во всем мире.

Кибератаки были совершены и против NSA, так что эта проблема в следующем году привлечет к себе крайне пристальное внимание.

Власти США уже официально возложили на КНДР ответственность за масштабную кибератаку с использованием вируса WannaCry.

Взломы компьютерных систем по всему миру произошли 12 мая. Вирус WannaCry атаковал компьютеры с операционной системой Windows в 74 странах. Наибольшее число кибератак было зафиксировано в России. Ущерб от действий злоумышленников превысил $1 млрд.

Актуальность опасности вирусов-шифровальщиков для инфраструктур компаний очевидна в контексте не только майской атаки с использованием WannaCry, но и последующих случаев, когда использовались модификации этого вредоноса.

Помимо этого, интернет вещей сегодня практически не защищен от киберугроз. Подавляющее большинство устройств работает на Linux, что упрощает жизнь преступникам: они могут написать одну вредоносную программу, которая будет эффективна против большого количества устройств. Кроме того, на большинстве IoT-гаджетов нет никаких защитных решений, а производители редко выпускают обновления безопасности и новые прошивки.

Война в киберпространстве и кибертерроризм могут привести к авариям на атомных станциях, разрушению гидроэлектростанций, катастрофам на транспорте и других объектах инфраструктуры, приближаясь по своим разрушительным последствиям к оружию массового поражения. Кроме того, немалую опасность представляет сценарий, когда кибероружие в случае утечки может быть скопировано и распространено, к примеру, террористическими группировками.

ООН рассматривает вопрос о введение моратория на кибероружие, а эксперты готовят основу глобальных договоренностей по контролю за использованием информационно-коммуникационных технологий (ИКТ), чтобы не допустить их превращения в оружие, сравнимое по своему разрушительному потенциалу с ядерным или химическим.

Военная конфронтация между Россией и членами НАТО


Конфронтация между Россией и членами НАТО никогда не прекращалась.

Западу не нравятся действия со стороны России в Южной Осетии, но еще большее внимание привлекает к себе ситуация на Донбассе.

Эти страны не входят в НАТО, однако некоторые опасаются, что в силу определенных причин, а также на фоне растущих геополитических амбиций некоторых западных лидеров, конфликты в горячих регионах могут вспыхнуть вновь.

В прошлом году совет по международным отношениям США (CFR) посчитал вероятное военное противостояние России и стран НАТО главной угрозой.

Аналитики посчитали, что такой конфликт может быть инициирован как преднамеренно, так и непреднамеренно, однако в любом из этих случаев инициатором противостояния, по их мнению, будет российская сторона.

Такое событие окажет серьезное влияние на современный мир. Вероятность такого события оценивается как умеренная.

Противостояние из-за спорных морских районов в Южно-Китайском море


Отдельное внимание по-прежнему привлекает ситуация в Южно-Китайском море. Конфликт между Китаем и одной или несколькими странами-претендентами Юго-Восточной Азии на многочисленные острова - Бруней, Малайзия, Филиппины, Тайвань или Вьетнам - не то, на что можно не обратить внимание, считает CFR.

В последнее время Китай занимает все более агрессивную позицию против Тайваня в плане риторики и с точки зрения совершаемых действий. Кроме того, его беспокоит Япония.

Суть проблемы Южно-Китайского моря заключается в незаконной оккупации некоторыми странами региона ряда островов и рифов, принадлежащих Китаю.

Вьетнам стал самым решительным противником претензий Китая на большинство морских региональных территорий.

Напряжение между Ханоем и Пекином усилилось в июле, когда Китай оказал давление на Вьетнам, чтобы остановить добычу газа в спорных водах. Ханой первоначально отказался от требований Китая, но поменял курс после угроз Китая атаковать вьетнамские базы в море.

13 ноября, Китай и страны АSЕАН объявили, что они договорились начать переговоры по тексту "Кодекса поведения в Южно-Китайском море". Хотя, как ожидается, это и не будет юридически обязательным документом, который сможет предотвратить строительство Китаем островов и военных баз в Южно-Китайском море.

Кодекс является "частью стратегии Китая в отношении принятия решений", Пекин поощряет "бесплодные" переговоры по кодексу в течение 15 лет, строя и милитаризируя искусственные острова "гораздо быстрее, чем другие стороны".

Теракты с большим количеством жертв в США или странах-союзниках


Этот год был отмечен большим количеством терактов, особенно в Европе и в США.

Особую обеспокоенность вызывают теракты в стиле "Одинокий волк", когда у преступника нет реальной связи с террористическими организациями, если не считать того, что он придерживается идеологии той или иной организации.

Теракты в Европе в последнее время стали происходить все чаще, несмотря на то что европейские страны выделяют огромные суммы денег на борьбу с терроризмом и на обеспечение безопасности своих стран.

Так, Франция тратит почти 1 млн евро в сутки на обеспечение усиленной безопасности в стране. Это нововведение связано с тем, что правительства европейских стран объявили угрозу терроризма постоянным риском.

Подход Европы к борьбе с терроризмом существенно отличается от того, который существовал в Европе начиная с долгового кризиса 2010 г., когда страны стремились соблюдать меры экономии.

Это связано с двумя террористическими атаками, совершенными террористами в Париже.

После этих атак страны не отошли от фискальной дисциплины, тем не менее они стараются быть более гибкими в отношении финансирования и выделять больше денег на борьбу с растущей угрозой.

Теперь лидеры европейских стран все чаще признают, что борьба с терроризмом – приоритет в политике. После атак в ноябре прошлого года в Париже, когда погибли 130 человек, президент ЕС Жан-Клод Юнкер одобрил предоставление Франции особого режима в рамках правил бюджетного дефицита для усиления программ безопасности в стране.

Ранее Франция, Германия, Британия и соседние страны существенно сократили военные расходы, когда были введены меры жесткой экономии. С 2007 г. военные расходы западноевропейских государств снизились на 13%. В прошлом году лишь четыре европейские страны, являющиеся членами НАТО, достигли требуемого уровня 2% ВВП на военные расходы.

Германия нанимает все больше полиции и офицеров разведки. В январе этого года министр обороны страны предложил повысить военные расходы на €130 млрд, или почти $141 млрд, в течение следующих 15 лет. Правительство страны может также выделить часть бюджетного профицита на решение вопроса с беженцами, наводнившими страну.

Франция расширяет свой военный арсенал, войска и полицию, а также наращивает расходы на разведку и направляет сотни миллионов евро на новые программы, направленные на борьбу с радикализацией мусульманской молодежи.

В Бельгии почти полмиллиарда евро будут потрачены на заключение в тюрьму джихадистов, укрепление границ и обеспечение безопасности на улицах.

Британия недавно одобрила расходы в размере 12 млрд фунтов стерлингов на покупку патрульного самолета базовой авиации Boeing P8 и на увеличение числа боевой эскадры.

Общие расходы стран Западной Европы, во главе с Францией, Великобританией и Германией, вырастут на €50 млрд к 2019 г. и составят €215 млрд.

Продолжение войны в Сирии

Агрессия и насилие в Сирии будут продолжаться на фоне того, что правительственные силы пытаются восстановить контроль над территорией.

Хотя сирийская гражданская война находится на завершающей стадии: ИГИЛ теряет свои территории, важно помнить, что борьба с ИГИЛ была лишь частью войны, в результате которой погибли сотни тысяч человек. CFR по-прежнему отмечает усиление напряженности среди внешних сторон конфликта, включая США, Россию и Иран.

Результатом войны в Сирии стал новый Ближний Восток, где регионы, подобные Эр-Рияду, Тель-Авиву и Вашингтону, ранее являвшиеся региональными хозяевами, по-видимому, в большей или меньшей степени отрезаны от процесса принятия решений. Хотя можно утверждать, что Вашингтон сыграл свою роль в регионе с поражением ИГИЛ, благодаря политике Трампа "Америка прежде всего", которая сопротивляется прямому участию в конфликтах, Эр-Рияд и Тель-Авив, похоже, не намерены принимать новую роль Тегерана в регионе даже при поддержке турецкой и российской дипломатической и военной мощи.

Сначала в агрессии против сирийского государства выступили США, Саудовская Аравия, Турция, Катар, Иордания, Израиль, Франция и Соединенное Королевство. Все поставляли вооружение, проводили обучение, финансирование, оказывали помощь и проводили лечение раненых десятков тысяч террористов, отправленных в Сирию. Это была операция по дестабилизации обстановки, имеющая всего лишь несколько прецедентов в истории.


Уже в 2014 г., когда ИГИЛ была на вершине власти, позиция Асада казалась непоколебимой. Согласно намерениям тех, кто планировал установление режима террора, Асад должен был быть изгнан в течение первых двенадцати месяцев конфликта.

Недостатком было то, что по ряду причин НАТО и союзники не могли напрямую вмешаться в ситуацию, так как Сирия обладала хорошим уровнем противовоздушной обороны, а США не могли нести огромные человеческие и финансовые издержки от еще одного конфликта в регионе, с неизбежной эскалацией конфликта, которая последует в случае участия Ирана.

После неспособности сместить Асада следующим шагом для западных политиков стало разворачивание и поддержание позиций ИГИЛ для создания хаоса и уничтожения страны. Эта дьявольская сила родилась в результате незаконной оккупации Ирака Америкой.

Вмешательство России в 2015 г. в войну в Сирии по просьбе правительства в Дамаске разрушило планы Запада, вызвав неизбежное поражение ИГИЛ и утвердив власть Асада.

И пока неизвестно, чего ждать, когда сирийская арабская армия попытается победить мятежников в других частях страны, а также что будет делать сирийское правительство в отношении сирийских демократических сил, поддерживаемых США. Потенциальный ответ США дадут на военные действия.

Усиление агрессии и нестабильности в Афганистане

CFR особенно беспокоит рост мятежа талибов и возможный крах афганского правительства. Свой след в стране недавно оставила и ИГИЛ.

Администрация Трампа обеспокоена событиями, происходящими там, поэтому она перебрасывает тысячи войск в Афганистан. Помогут ли усилия администрации Трампа или просто остановят крах афганского правительства, покажет время.

Прошло 16 лет, с тех пор как администрация Джорджа Буша-младшего начала свое военное вмешательство в Афганистан, и вот уже нынешний президент Трамп объявил о своем намерении увеличить военное присутствие США в этой стране.


Как отмечает Натиал МакКарти из Statista, в Афганистане насчитывается около 8,4 тыс. военнослужащих США, и в самое ближайшее время к ним может прибыть подкрепление.

Новая стратегия Трампа рассчитана на то, чтобы продлить самую длинную военную кампанию в истории США и еще больше увеличить ее стоимость.

Веб-сайт "Баланс" отслеживает экономические последствия американской кампании в Афганистане, и по настоящее время с 2001 г. конфликт обошелся США по крайней мере в $1,07 трлн.


Здесь можно выделить три сегмента трат на операцию в Афганистане.

Во-первых, $773 млрд можно отнести за счет средств, предназначенных для военных операций за рубежом, специально предназначенных для ведения военных действий.
 
Еще $243 млрд - это увеличение базового бюджета министерства обороны, а увеличение бюджета Ветеранской администрации обойдется в $54,2 млрд.

Финансирование Афганистана достигло своего апогея в 2010 г., когда расходы превысили $112 млрд.

Но финансирование несколько сократилось, когда американские войска перестали проводить наступательные операции, сосредоточившись на подготовке афганских военных. Ранее на этой неделе генерал Джон Николсон, главный военный командующий США в Афганистане, сказал, что стратегия президента является признаком долгосрочной приверженности целям афганской кампании, он также призвал "Талибан" согласиться на начало переговоров.

Несмотря на то что Трамп сказал, что его решение повысить количество солдат не является "пустой проверкой", все еще трудно понять, чем его стратегия в Афганистане отличается от стратегии его предшественников.

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here